Обмен


Общепризнанным предметом экономической науки является аллокация редких ресурсов. Аллокация включает производство и обмен, т.е. процессы, которые преобразуют блага, и процессы, в которых передается контроль над ними. Для эффективного использования ресурсов в производстве или потреблении важен обмен. Он позволяет существовать децентрализованному и специализированному производству что же касается потребления, то агенты с различными способностями или предпочтениями нуждаются в обмене для получения максимальных выгод.

Если два экономических агента имеют разные предельные нормы замещения, то существует вариант обмена, приносящий выгоду обоим. Преимущества бартера распространяются широко, например вплоть до торговли между странами и между законодателями («торговля голосами»), но здесь достаточно выделить рынки с обязательными к исполнению контрактами по торговле находящимися в частной собственности благами, потребление которых не связано с внешними эффектами. На таких рынках добровольный обмен означает торговлю наборами благ или обязательств ко взаимной выгоде всех участников сделки.

В рыночной экономике, использующей деньги или кредит, условия торговли обычно определяются ценами. Помимо покупки благ по ценам, объявленным производителями и дистрибьюторами, обмен происходит на торгах, аукционах и в других формах с повторяющимися или конкурентными предложениями цен. На институционализированных товарных биржах брокеры предлагают цены покупки и цены продажи; что же касается торговли финансовыми инструментами, то здесь специалисты обмениваются заказами и непрерывно поддерживают рынки, торгуя за свой собственный счет.

Информация о ценах и объемах сделок служит исходными данными для многих эмпирических исследований хозяйственной деятельности, и объяснение этих данных является основной целью экономической теории. Теории обмена пытаются предсказать условия торговли и результаты сделок в зависимости от рыночной структуры и свойств участников, включая такие характеристики, как имеющийся у каждого агента запас благ, производственные возможности, предпочтения и информация.

Важны также доступность рынков, используемые правила торговли и возможные формы контрактов, которые, в свою очередь, могут зависеть от прав собственности, издержек поиска и трансакционных издержек, а также от наблюдаемых событий, использующихся для проверки исполнения контрактов. Правила торговли определяют действия, доступные для каждого агента в каждом случае, и виды торговли, обусловленные любой комбинацией индивидуальных действий.

Упомянутые характеристики используются в экспериментальных исследованиях, предназначенных для проверки теорий, они инициируют разработку моделей, используемых для эмпирических оценок рыночного поведения. Нормативные соображения также актуальны, а анализ в рамках экономической теории благосостояния делает акцент на распределительных последствиях альтернативных торговых процедур и контрактов.

Большинство теорий строятся на гипотезе о том, что каждый экономический агент целенаправленно стремится максимизировать выгоды от торговли (или их ожидаемую полезность). В некоторых случаях поведение может быть случайным, привычным или отражать зависимость от «статус-кво», но экспериментальные и эмпирические данные в значительной степени подтверждают гипотезу «рационального» поведения, по крайней мере, в среднем для больших совокупностей. Хотя имеются и более общие теории, основные характеристики поведения объясняются упорядоченными предпочтениями: монотонными, выпуклыми, в меру «гладкими», возможно, предусматривающими неприятие риска.

Обычно существует множество вариантов эффективной аллокации данных ресурсов; любая аллокация, при которой предельные нормы замещения равны для всех экономических агентов, эффективна. В случае распределения риска, например, аллокация эффективна, если все агенты достигают одних и тех же предельных норм замещения между доходом в любых двух состояниях.

Однако распределение ресурсов между агентами, очевидно, имеет важное значение. Поэтому важно выделить небольшой набор приемлемых эффективных аллокаций. Названный в честь Леона Вальраса, этот набор является центром почти всех теорий — в том смысле, что все другие аллокации объясняются отклонениями от вальрасианской модели. Важная задача состоит в уточнении особой роли вальрасианских аллокаций.

Аллокация является вальрасианской, если она достижима при торговле по таким ценам, при которых для каждого агента получение более предпочтительного распределения стоило бы больше. То есть все товары покупаются по одним и тем же ценам, доступным для всех, и каждый агент выбирает предпочтительный вариант торговли в рамках бюджетного ограничения, заданного стоимостью проданных им товаров. Вальрасианская аллокация обязательно является эффективной в той степени, в какой рынки являются полными (всеохватывающими): каждая другая аллокация, предпочитаемая всеми агентами, должна стоить в текущих ценах больше для каждого агента и, следовательно, для всех агентов в целом, что не может быть верно, если более предпочтительная аллокация является перераспределением данной. И наоборот, каждая эффективная аллокация является вальрасианской без дальнейшей торговли, поскольку общие для всех агентов предельные нормы замещения служат в ней относительными ценами. Основная формулировка теории предполагает торговлю будущими благами с поставкой при условии наступления любых будущих обстоятельств, но усовершенствованные формулировки рассматривают реалистичный случай, когда рынки регулярно возобновляются, а торговля ограничивается узким кругом контрактов на немедленную и условную будущую поставку.

Установлены достаточные условия для существования вальрасианских аллокаций. Главным образом они требуют, чтобы предпочтения агентов были выпуклыми и ненасыщаемыми и чтобы каждый агент имел достаточно ресурсов для получения положительного дохода. Для «большинства» экономик число вальрасианских аллокаций конечно, но для обеспечения единственности необходимы сильные предположения об эффектах замещения и дохода.

Вальрасианские аллокации и цены для специфицированных моделей могут быть рассчитаны путем решения задачи о неподвижной точке, для чего разработаны общие методы. Задача является сложной (например, линейные модели с целочисленными данными могут привести к иррациональным ценам), но важная упрощающая оговорка состоит в том, что вальрасианские цены зависят только от распределения свойств агентов, в частности только от агрегированной функции избыточного спроса. По существу, любая непрерывная функция, удовлетворяющая закону Вальраса и требованию однородности цен, есть функция избыточного спроса для некоторой экономики.

Ключевое требование вальрасианской аллокации состоит в том, что каждый агент максимизирует свою выгоду в рамках бюджета, обусловленного назначенными ценами; и рынки расчищаются при этих ценах. Однако полное использование всех выгод торговли может предотвращаться неполнотой рынков, внешними эффектами (такими, как, например отсутствие необходимых дополняющих товаров), недостаточными контрактами или стратегическим поведением.

Если производители, имеющие монопольную власть, сдерживают выпуск с целью поднять цены или практикуют любую из бесчисленных форм ценовой дискриминации, то возникающая в результате аллокация — не вальрасианская. Дискриминация сегментирует рынки через дифференцирование качества или продажу в «нагрузку», но столь же часто встречается дискриминационное ценообразование для различных условий поставки (например, пространственные, временные, сервисные приоритеты) или нелинейное ценообразование со скидкой, зависящей от величины покупки (например, двухшаговые и многошаговые убывающие тарифы), если покупки могут контролироваться и отсутствует рынок перепродаж.

Вальрасианская модель обмена в значительной степени определяется отсутствием таких методов влияния на цены. Она также основана на неизменной спецификации агентов, продуктов, рынков и контрактов. Теория экономики с большими фирмами, способными влиять на цены и дифференцировать продукт, весьма неполна. Ее недостатки проистекают частично из неадекватных формулировок, а частично из технических причин: характеристики и даже существование равновесия (в чистых стратегиях) зависят от особых структурных свойств.

Например, простейшие модели с одновременным выбором качества и цен различными фирмами не имеют состояния равновесия; модели с последовательным выбором встречают аналогичные препятствия, хотя и в меньшей степени. Кроме того, если фирмы имеют постоянные издержки и должны избегать убытков, то условие эффективности может потребовать нелинейного ценообразования и применения других дискриминационных методов, если исключена возможность получения с клиентов единовременных сумм.

Для вальрасианской модели существенна также расчистка рынка, и цены полностью определяются необходимым равенством спроса и предложения. Напротив, последовательные рынки с перекрывающимися поколениями участников не обязаны расчищаться «в бесконечности». Такие рынки могут иметь сложную динамику, даже если базисные показатели экономики стационарны.

Аналогично постоянно возобновляемые рынки, на которые новые покупатели и продавцы прибывают тем же темпом, каким их покидают прежние агенты после завершения сделок, допускают невальрасианские цены и могут иметь устойчивые избыточное предложение или избыточный спрос, если поиск или распределенный во времени процесс торга не препятствует безотлагательной расчистке рынка.

Ответ на вопрос о том, когда среди возможных аллокаций наилучшим прогнозом является одна из вальрасианских аллокаций, имеет несколько вариантов.

Первый ответ связан с конкуренцией. На стороне предложения, например, при наличии многих продавцов возрастает стимул у каждого из них для того, чтобы отойти от тайных соглашений о ценах. При отсутствии сговора, если цены отражают предложение товаров на рынке и каждый продавец выбирает оптимальный объем предложения как ответ на ожидаемое предложение других продавцов, то оптимальная доля прибыли в цене для каждого продавца обратно пропорциональна числу продавцов, предлагающих субституты.

Ценовая дискриминация, например в виде нелинейного ценообразования, затрудняется, если есть много продавцов, существуют рынки перепродажи или сделанные покупки трудно проследить со стороны. При отсутствии ограничений на производственные мощности прямая ценовая конкуренция между близкими или совершенными заменителями «съедает» прибыль, поскольку становится привлекательным устанавливать цену ниже, чем у конкурента.

Хотя эти выводы ослабляются тем, что издержки поиска или переключения лежат на покупателях, для обеспечения состоятельности рынка и устранения монопольной ренты остается важной легкость доступа в отрасль, не требующего безвозвратных издержек. Монопольная рента часто в значительной степени «улетучивается» из-за сдерживания доступа на рынок «новичков», ценовых войн и других видов конкурентной борьбы за сохранение или завоевание монопольных позиций. Это верно и в тех случаях, когда «новички» приносят на рынок совершенные заменители, и в более общем случае, когда они стремятся заполнить весь спектр характеристик качества и условий доставки.

На товарных рынках со стандартизованным качеством, и особенно на финансовых рынках, большое значение имеют арбитражные операции; если полученная от некоторого актива отдача идентична отдаче от сочетания других активов или от некоторой торговой стратегии, то его цена связана с ценой последних. Кроме того, повторяющиеся возможности торговли, обусловленной наступлением определенного события, позволяют некоторым ценным бумагам заменять значительно более широкий ряд отсутствующих условных контрактов.

В одной из форм гипотезы о конкуренции допускается то, что каждое подмножество участников рынка может перераспределять свои ресурсы между собой. Например, продавец и его покупатели составляют коалицию, в рамках которой могут перераспределяться их ресурсы. Ядро составляют такие аллокации, при которых никакая коалиция не может перераспределить свои ресурсы с получением преимуществ для каждого члена. Ядро включает вальрасианские аллокации. Основной вывод, первым полученный Ф. Эджуортом, гласит, что если экономика расширяется путем добавления участников, идентичных существующим, то набор аллокаций, входящих в ядро, сжимается до совокупности вальрасианских аллокаций.

Другая форма гипотезы придает особое значение тому факту, что в экономике, которая так велика, что поведение каждого агента оказывает незначительное воздействие на условия торговли, наилучшей стратегией для каждого участника рынка является максимизация прибыли от торговли по существующим ценам. Например, потенциальный выигрыш любого участника рынка от поведения, которое влияет на условия торговли, становится несущественным (в общем случае), по мере того как совокупность этих участников расширяется, обеспечивая в пределе «непрерывное» распределение.

Аналогичные результаты получаются для различных моделей рынков с открытым ценообразованием через аукционы. Вообще говоря, эффективное распределение обязательно является вальрасианским, если поведение каждого агента не является необходимым для того, чтобы другие агенты получили выгоды от торговли. Идеализированная формулировка рассматривает непрерывное пространство участников рынка, в котором имеют значение только измеримые совокупности участников и поведение каждого отдельного участника не вызывает каких-либо последствий.

В этом случае вальрасианские аллокации являются единственными, относящимися к ядру. Аналогично распределение Шепли, в котором каждый участник имеет долю, пропорциональную его ожидаемому предельному вкладу в случайным образом сформированную коалицию, является вальрасианской аллокацией.

Со структурными характеристиками торговых процессов связана альтернативная гипотеза. Проблемы согласования (например, в случае рабочих, ищущих рабочие места) допускают процедурные правила, которые при оптимальных действиях приводят к аллокациям, принадлежащим ядру. В общем случае соответствующим образом организованный аукцион обеспечивает аллокацию, принадлежащую ядру. Разработаны и другие игры, в которых оптимальные действия участников приводят к вальрасианской аллокации.

Непрерывный двусторонний торг между многочисленными агентами (с достаточно разными предпочтениями), при котором агенты многократно сводятся друг с другом случайным образом и один из них стремится предложить условия торговли другому, также сводится к вальрасианской аллокации при оптимальной игре. Сходным образом некоторые методы выбора аллокаций стимулируют агентов фальсифицировать сообщения о своих предпочтениях, и если они делают это оптимальным образом, то в результате получается вальрасианская аллокация.

Вообще говоря, любой процесс, который является справедливым в том смысле, что все агенты имеют одни и те же возможности торговли, сходится к вальрасианской аллокации. В одном из вариантов вначале публично объявляется некоторый «сигнал», и затем на основе своих предпочтений каждый агент делает «сообщение», которое влияет в итоге на заключенные сделки: если требуется аллокация, принадлежащая ядру, и каждый сигнал мог бы быть правильным сигналом для некоторой большей по размерам экономики, то сигнал должен быть, по существу, эквивалентен объявлению вальрасианской цены, на которую каждый агент реагирует предпочтительной для себя торговлей в рамках своего бюджетного ограничения, определенного ценой.

Нетерпение участников рынка также может повлиять на условия торговли. При самой простой форме нетерпения агенты дисконтируют отложенные прибыли от торговли. Динамическая игра предполагается последовательно рациональной в том смысле, что стратегия должна определять оптимальное продолжение в любой ситуации; это сильное требование, которое значительно ограничивает допустимый набор состояний равновесия.

Например, если продавец и покупатель, торгуясь, предлагают цены по очереди, то в единственном состоянии равновесия торговля происходит немедленно по цене, зависящей от их норм дисконта. По мере того как интервал между предложениями уменьшается, доля продавца в прибыли от торговли становится пропорциональной относительной величине нормы дисконта покупателя: например, при равных нормах дисконта прибыль делится поровну. Расширение ситуации до многосторонней приводит к аналогичным результатам.

Монополист с неограниченным предложением, имеющий континуум покупателей, вполне может получить благоприятные условия, но в действительности в любом состоянии равновесия, в котором стратегии покупателей стационарны, при сокращении интервала между предложениями прибыль продавца исчезает и вся торговля немедленно происходит по вальрасианской цене.

Аналогично производитель товара длительного пользования, не контролирующий рынки перепродажи или аренды своего товара, имеет стимул увеличить выпуск при сокращении производственного периода или заранее взять обязательство ограничить производственные мощности. Это отражает тот факт, что монопольная власть зависит в значительной степени от возможности заранее взять на себя обязательство, которую дает возрастание предельных издержек, ограниченность мощностей или других ресурсов.

Нетерпение и последовательная рациональность могут, тем не менее, вызвать неэффективность в форме продукта, как при выборе изготовителем продолжительности срока службы товара, или неэффективность в рыночной структуре, как, например, в случае, когда продавец предпочитает сдать в аренду, а не продать товары длительного пользования.

Полная информация является основным фактором, оправдывающим прогнозы достижения вальрасианских цен. При полной информации и симметричных возможностях торговли у агентов многие модели предсказывают вальрасианский результат, неполнота же информации часто приводит к отклонениям от вальрасианской ситуации.

Хотя информация обычно бывает полезной, в экономике обмена поступление информации может иметь тот недостаток, что не расположенные к риску агенты откажутся страховаться от ее последствий. Основной результат относится к экономике обмена, которая достигла эффективной аллокации ресурсов прежде, чем некоторые агенты получили дальнейшую частную информацию, и где этот факт стал общеизвестным: предсказываемая реакция состоит в отсутствии дальнейшей торговли, хотя цены могут изменяться.

Каждая эффективная аллокация имеет «эффективные цены», которые отражают преобладающие предельные нормы замещения; в вальрасианском случае вся торговля происходит по этим ценам. Они обобщают массу информации о технологии, ресурсах и предпочтениях. Цены (и другие эндогенные наблюдаемые величины), следовательно, являются не только достаточными инструментами децентрализации, но и носителями информации.

Если информация рассредоточена среди участников рынка, то вальрасианские цены являются сигналами, возможно, достаточно «шумными», которые могут дать агенту информацию для торговли. Модели «временного равновесия» предусматривают последовательность рынков, на каждом из которых цены содержат информацию о будущих возможностях торговли. Модели «рациональных ожиданий» предполагают, что каждый агент максимизирует ожидаемую полезность, исходя как из его частной информации, так и из информационного содержания цен.

В простых случаях достаточно знать цены, которые включают в себя частную информацию агента, тогда как в сложных реальных экономиках информационное содержание цен может быть неуловимым; тем не менее, рынки испытывают влияние цен (например, фондовых индексов и индексов оптовых цен), и различные модели пытаются реалистично отразить эту особенность. И, наоборот, реакции цен на события и открытие информации фирмами изучаются эмпирически.

Секретность информации каждого агента относительно его предпочтений и возможностей влияет на реализуемые выгоды и условия торговли. Многие модели требуют, чтобы относительные цены «свойств» обеспечивали стимулы доя его выбора.

Примером служит серия продуктов, которая состоит из несовершенных заменителей и в которой приращения цены, соответствующие последовательным приращениям качества, стимулируют потребителей делать выбор согласно их предпочтениям. Различные формы дискриминации, в которых цены зависят от качества (например, времени, местоположения, приоритетности и других условий доставки) или, если невозможна перепродажа, от приобретаемого количества, действуют аналогично.

Отсутствие соответствующих условных контрактов неявно служит основным источником неэффективности и распределительных эффектов. Торговля может не состояться, если отбор худших исключает распространение эффективных сигналов о качестве продукта: без гарантий качества каждая цена, при которой может быть реализовано некоторое качество, привлекает продавцов, предлагающих товары более низкого качества. Инвестиции в распространение сигналов, возможно, непродуктивные, которые дороже для продавцов товара с более низким качеством, порождают ситуации, в которых уплаченная цена зависит от поданного сигнала.

Например, чтобы дать сигнал о своих способностях, рабочий может предпринять излишние инвестиции в образование или пойти на работу, для которой ему не хватает квалификации с точки зрения эффективности. Если покупатели делают повторные покупки, основываясь на пробах качества продукта, то сама по себе начальная цена или даже расточительные расходы, такие, как, например, неинформативная реклама, могут быть сигналами, которые использует продавец, чтобы побудить покупателя попробовать свой товар.

Отношения «принципал — агент», в которых не расположенный к риску агент имеет более полную информацию и его действия не могут полностью контролироваться принципалом, требуют сложных контрактов. Например, в повторяющейся ситуации с совершенными рынками капитала и несовершенным страхованием оптимальный контракт предполагает для подчиненного разное вознаграждение за каждый измеримый результат, а общее вознаграждение есть накопленная сумма этих вознаграждений.

На заключение контрактов в целом сильно влияет ограниченная возможность наблюдения исходов (событий или действий, порожденных стимулами), а в несимметричных отношениях нелинейное ценообразование часто является оптимальным. Страховая премия может меняться, например, в зависимости от числа застрахованных для того, чтобы компенсировать эффекты отбора худших или морального риска.

Рынки труда изобилуют сложными стимулами и формами контрактов частично потому, что рабочие не могут заключить форвардный контракт о продаже своего труда, а частично потому, что трудовые контракты заменяют несовершенные ссудные рынки и отсутствующие страховые рынки (например, страхования против риска снижения производительности). Рабочие могут иметь более полную информацию относительно своих способностей, технических данных, предпринятых усилий и действий, в то время как фирмы могут иметь более полную информацию об условиях, влияющих на предельный продукт труда.

Стимулы для немедленного повышения производительности могут зависеть от оценок способностей рабочих при текущем уровне выпуска или от процедур выбора рабочих для выдвижения на те рабочие места, где эффект способностей приумножается большей ответственностью. Сложность результирующих стимулов и контрактов отражает многочисленные эффекты неполноты рынков и несовершенства мониторинга.

Что касается правил торговли, которые непосредственно влияют на определение цен, анализ стратегического поведения участников рынка показывает важную роль частной информации. Предполагается, что торговое правило и вероятностное распределение свойств участников (точно известных лишь им самим) являются общим знанием; следовательно, такие ситуации формализуются в виде игр с неполной информацией. Примером является аукцион с закрытыми предложениями, в котором выигрывает тот, кто предложил самую высокую цену: предположим, что каждый участник рассматривает выборку, независимо и одинаково распределенную относительно неизвестной цены предмета.

При равновесных стратегиях участников и по мере того, как число участников торга увеличивается, максимальное предложение, вероятно, сходится к математическому ожиданию ценности, предполагающему знание максимумов всех выборок; для обычных распределений это означает сходимость к истинной ценности товара. Альтернативные правила аукциона предпочтительны для продавца, если их процедуры устраняют информационные преимущества покупателей (например, этим свойством обладает выкрикивание цен в порядке возрастания) и предотвращают любые формы риска.

Могут создаваться правила, максимизирующие ожидаемую выручку продавца: если оценки участников торга независимо и одинаково распределены, то для обычных распределений оптимальна передача предмета торга тому, кто предложил наивысшую цену на первом или втором круге в зависимости от оптимальной цены продажи, установленной продавцом. В таком аукционе «второй цены» или устном прогрессивном аукционе без предельной цены продажи участники торга предлагают свои фактические оценки, и поэтому цена является вальрасианской.

Другим примером является двойной аукцион, используемый на лондонском рынке золота и японском фондовом рынке, где многочисленные продавцы и покупатели заявляют свои цены предложения и спроса, а затем равновесная цена выбирается на интервале, полученном при пересечении результирующих шкал спроса и предложения.

Для ограниченного класса моделей, требующих достаточно большого числа покупателей и продавцов с независимо и одинаково распределенными оценками, двойной аукцион дает эффективные стимулы в том смысле, что не существует другого правила торговли, более предпочтительного для каждого участника; кроме того, по мере увеличения числа участников равновесная цена сходится к вальрасианской цене.

Эффекты привилегированного обладания информацией некоторыми из участников рынка изучались для рынков с посредничеством брокеров и других специалистов, которыми являются большинство фондовых рынков. Результаты показывают, что стратегии специалистов перелагают все ожидаемые убытки от отбора худших на неинформированных участников. С другой стороны, специалисты могут выиграть на знании списка заказов и на непосредственном доступе к торговым возможностям.

Частная информация сильно влияет на процесс торга. При чередовании предложений цен покупки и цен продажи даже самые простые случаи имеют множество состояний равновесия, причем приемлемыми могут быть несколько из них, так что возможны различные аллокации. В большинстве состояний равновесия задержка в выдвижении серьезного предложения (того, которое имеет некоторый шанс быть принятым) сигнализирует о том, что оценка продавца не является низкой или оценка покупателя невысока; или же сделанные предложения не дают возможности одной стороне делать существенные выводы относительно оценки другой. Когда обе оценки частным образом известны обеим сторонам, должен последовать некоторый сигнал о том, что возможен выигрыш от торговли. Обычно все выгоды от торговли в конечном счете реализуются, но задержка может быть сопряжена со значительными издержками.

В особом случае продавец, оценка которого общеизвестна, многократно предлагает цены покупателю с неизвестной оценкой: допустим, что стратегия покупателя постоянна и состоит в принятии первого предложения по цене меньшей, чем его предельная цена спроса, зависящая от его оценки. Как упоминалось выше для случая монополии, при уменьшении периода между предложениями продавца последние падают до уровня, не превосходящего наименьшей оценки покупателя и торговля происходит быстро: покупатель получает большую часть выигрыша.

Даже при чередующихся предложениях продавца и покупателя покупатель не делает серьезных предложений, если его оценка высока, а периоды между предложениями коротки. Таким образом, сочетание нетерпения, частых предложений и асимметричной информации смещает условия торговли в пользу осведомленной стороны.

Первичной формой обмена является товарная биржа, где расположившиеся по кругу участники выкликают свои цены спроса и предложения или принимают предложения других. Эти рынки действуют, по существу, как многосторонние торги, но с эндогенно определяемой разбивкой покупателей и продавцов по парам. Задержка в приеме серьезного предложения здесь также может быть сигналом об оценке товара данным участником, но источником нетерпеливости в данном случае является «давление конкуренции».

То есть допустивший задержку участник рискует тем, что благоприятная возможность может быть перехвачена конкурентом. Эти рынки были изучены экспериментально с поразительными результатами: обычно большая часть выигрышей от торговли реализуется при ценах, в конечном счете близких к вальрасианским равновесным ценам, особенно если данные субъекты уже имеют предшествующий опыт. Однако, если подойти к вопросу с точки зрения «рациональных ожиданий», субъекты иногда оказывались неспособными делать необходимые выводы на основе информации, выявленной в ходе ценовых предложений, и заключение сделок.

Торговые правила могут разрабатываться для максимизации ожидаемых реализуемых выгод от торговли с использованием «принципа выявления». Каждое торговое правило и связанная с ним равновесная стратегия порождают «прямую игру выявления», в которой торговое правило является сочетанием первоначального торгового правила и связанных с ним стратегий; в состоянии равновесия каждый участник имеет стимул, чтобы точно сообщить о своей неизвестной другим людям оценке блага.

В случае, когда покупатель и продавец имеют независимые друг от друга, одинаково распределенные оценки, оптимальное правило выявления эквивалентно двойному аукциону, в котором торговля происходит в том случае, если предложение покупателя превышает предложение продавца и используется средняя между ними цена. В более общем случае с многими покупателями и продавцами и оптимальным правилом ожидаемые нереализованные выгоды от торговли быстро падают по мере увеличения количества покупателей и продавцов. Однако такие статические модели зависят от предположения, что дальнейшие возможности торговли исключены.

Контракты с гарантией исполнения облегчают обмен, и большинство теорий основаны на них, однако они не абсолютно необходимы. На практике важны «неявные контракты», которые не имеют обязательной силы и поддерживаются лишь угрозой прекращения отношений после первого нарушения. Аналогично в бесконечно повторяющейся ситуации, если продавец определяет качество продукта (скажем, высокое или низкое) и цену перед продажей, а покупатель узнает качество только после приобретения, то стратегия покупателя, состоящая в готовности платить только цену, соответствующую качеству предыдущей покупки, достаточна для обеспечения постоянного высокого качества.

Исследования обмена без обязательных к исполнению контрактов фокусируются на игре с дилеммой заключенного: обе стороны могут выиграть от обмена, но каждая имеет стимул к тому, чтобы нарушить свою часть соглашения. При любом конечном числе повторений этой игры с полной информацией равновесные стратегии исключают какие-либо соглашения, поскольку каждый ожидает от другого их нарушения. Бесконечные повторения могут обеспечить соглашения только через угрозу отказа от дальнейшего сотрудничества.

При неполной информации эффекты репутации могут обеспечить соглашения почти до конца периода. Например, если одна сторона считает, что другая будет автоматически отвечать сотрудничеством на сотрудничество, то у нее есть стимул, чтобы сотрудничать до первого нарушения со стороны партнера, а он, в свою очередь, имеет стимул, чтобы сотрудничать вплоть до того, как незадолго до конца периода действия соглашения нарушение станет привлекательным. Репутация важна также в конкурентной борьбе среди фирм, обладающих частной информацией о своих издержках: в войнах на уничтожение выживают эффективные участники.

Современный анализ обмена в основном опирается на теоретико-игровые методы. Этот подход полезен для изучения стратегического поведения в динамических ситуациях; для того, чтобы уточнить роль частной информации, нетерпеливости, неприятия риска и других характеристик предпочтений и ресурсов участников; чтобы описать последствия неполноты рынков и неполноты контрактов, вызванной издержками мониторинга и обеспечения их исполнения; чтобы определить эффективность общих правил торговли.

Он также объединяет теории обмена с теориями дифференциации продукта, дискриминационного ценообразования и других форм стратегического поведения производителей. Технически теоретико-игровой подход делает возможным переход от теорий большой экономики с определенным распределением особенностей участников к теориям экономики с несколькими участниками, имеющими частную информацию, но при общеизвестных стохастических параметрах; дальнейшее усиление реалистичности анализа может быть связано с уменьшением предполагаемого общего знания и лучшим описанием конкуренции среди больших фирм.

Большие модели общего экономического равновесия, включающие все эти реалистичные аспекты, вряд ли возможны, пока не заложены их основания.

Суммируя сказанное, отметим, что вальрасианская модель остается парадигмой эффективного обмена при «совершенной» конкуренции, где равенство спроса и предложения является основным детерминантом условий торговли. Дальнейший анализ стратегического поведения участников с частной информацией и рыночной властью исследует причины появления неполных или несовершенно конкурентных рынков, которые препятствуют эффективности. Он описывает тонкие детали эндогенного дифференцирования продуктов, контрактации и ценообразования, существенные для применения вальрасианской модели.




Penal-garazh.ru/index.php?pageId=36

Гаражи купить металлические и капитальные гаражи penal-garazh.ru/index.php?pageId=36.

penal-garazh.ru