Специфика формирования китайского менталитета - страница 2

В конце X в. на севере Китая образовалась мощная варварская империя китаней, которая вновь прервала отношения между двумя странами. Китани оккупировали Корейский полуостров в 991 г. Таким образом, вторая культурная китайская волна в Корее началась примерно в 503 и завершилась в 991 г. (рис. 1.1). В 1236 г. страна была захвачена монгольскими войсками.

С 1392 по 1910 г. Корее правила национальная династия Ли. Контакты с Китаем вновь были налажены, а правящую идеологию буддизма сменило конфуцианство {третья культурная китайская волна). На протяжении этого долгого периода китайская и корейская культуры на полуострове настолько сблизились, что китайская стала считаться своей. Сами китайцы говорили, что Корея — это маленький Китай.

С конца XVI в. в Корею началось проникновение европейского влияния. Первый визит европейца, испанского иезуита Грегорио де Чеспе-деса, зарегистрирован в 1593 г. В 1627 г. к корейскому берегу причалил голландский корабль «Одеркресс». В последующие полтора века европейцы контактировали главным образом с Китаем, имея о Корее самое туманное представление. Одиночные европейские корабли подходили к Корее в 1797, 1816 и в 1845 гг.

В XVII в. в Корею начинают интенсивно проникать католицизм и протестантство. Христианские миссионеры распространяли свое влияние через Китай, как правило, нелегально, что было небезопасно: случалось, что при этом они расставались с жизнью. Зато в современной Южной Корее католицизм и особенно протестантство имеют наибольшее влияние в Восточной Азии и уверенно соперничают с местными верованиями.

С 1860 гг. европейцы начали предпринимать все более настойчивые попытки установить непосредственные отношения с Кореей, минуя Китай. Однако впервые это удалось сделать японцам лишь в 1876 г. С тех пор Корея стала открытой для контактов с другими странами. Япония является самым восточным регионом конфуцианской цивилизации и к тому же островным государством. Это наложило определенную специфику на развитие социально-экономических и культурных отношений.

Культурное влияние со стороны Китая (как правило, через Корею) осуществлялось двумя крупными волнами (около600-894 гг. и 1401 — 1854 гг.)

В период первой китайской волны японское общество в общих чертах ознакомилось с китайским учением и культурой, но это восприятие было неполным и ограниченным. С 522 г. Япония ознакомилась с буддизмом, восприняла китайскую письменность. Почти одновременно с этим японское общество ознакомилось и с конфуцианской доктриной, которая, впрочем, на первых порах не стала государственной идеологией.

В это время новые знания с континента передавались по большей части устно, а также посредством усвоения практических навыков (главным образом в области сельского хозяйства, рыболовства и архитектуры). Однако с 894 г. контакты с Китаем были прерваны вплоть до 1401 г.: японцы перестали посылать в Китай своим миссии, обмениваться официальными посланиями, запретили плавать своим судам и в другие страны. Это была «эра полуизоляции», в течение которой приоритет был отдан развитию национальной самобытности.

Формально начало второй китайской волны можно отнести к 1401 г., когда впервые за полтысячелетия начались переговоры с Китаем по поводу установления регулярных торговых отношений. На этот раз Япония воспринимала китайскую культуру более неспешно, постепенно, но и несравненно более глубоко и основательно.

Во время второй китайской волны на японское общество воздействовали и две европейские культурные волны, прерванные, впрочем, почти тотальной изоляцией с 1639 по 1720 г., что выразилось в абсолютном запрещении христианского учения, физическом уничтожении всех японцев-христиан и изгнании всех иностранцев, кроме небольшой кучки голландцев.

Во время второй китайской волны активно импортировались оружие и военные знания, опыт ведения сельского хозяйства, рыболовства, добывающей промышленности и ремесленничества.

В течение двух европейских волн Япония ознакомилась с пушками, стрелковым оружием, было положено начало современному судостроению и навигации, металлургии, книгопечатанию и производству бумаги. В отличие от Китая нововведения воспринимались быстро и легко и в относительно короткий срок привели к существенным изменениям и японском обществе. Дело в том, что японская элита в отличие от китайской никогда не считала себя «центром» мировой цивилизации (самоназвание Китая «Чжунго» — Срединная страна). Японских аристократов того времени вполне устраивал титул «восточные варвары». А раз так — учиться у других было вовсе не грешно.

До VI в. в Японии преобладали местные шаманистские верования, с VI по XV в. — импортированный главным образом через Корею буддизм и, наконец, в эпоху Токугава (1603-1867 гг.) - конфуцианство. Как уже отмечалось, христианство жестоко подавлялось японскими властями и не смогло пустить корни.

Вывод: так называемая китайско-конфуцианская цивилизация — понятие сложное, неоднородное и в значительной степени условное. Исторически конфуцианство в Китае, Корее и Японии сосуществовало с буддизмом и местными верованиями.

Механизм изменения традиционного восточного общества социальная наука начала исследовать сравнительно недавно: после окончания Второй мировой войны, когда процессы модернизации вышли за пределы Европы и Северной Америки. Рассмотрим в связи с этим небезынтересную попытку голландского ученого Э. Де Вре. В своей гипотезе исследователь использовал концепцию механического «первотолчка» и такие понятия химической науки, как «катализаторы» и «ингибиторы».

Роль «первотолчка» в процессе модернизации в данной модели выполняли передовые страны Запада на традиционный Восток. Со своей стороны традиционное восточное общество обладает факторами как ускоряющими это воздействие («катализаторы»), так его и замедляющими («ингибиторы»).

Структура «первотолчка» состоит из пяти взаимодействующих сил: 1) экономических, 2) технологических, 3) духовных, 4) социокультурных, 5) политических.