Экономические принципы прогнозирования рынка

Джордж Сорос — образец производительности в инвестиционном мире. И лишь недавно я узнал его тайну. Выступая перед Комитетом по денежно-кредитным исследованиям и образованию (Committee for Monetary Research and Education), бывший репортер журнала Barrons Джон Лисчио высказал ее, процитировав Сороса следующим образом: «Экономическая история — бесконечный ряд эпизодов, основанных на неправде и лжи, а не истине. Это и есть дорога к большим деньгам. Цель состоит в том, чтобы разглядеть тренд, основанный на такой ложной посылке, использовать этот тренд и отойти от него прежде, чем он будет дискредитирован».

Какое невероятно грустное утверждение, Один из лучших инвестиционных умов мира открыто заявляет, что лучший способ делать деньги — наживаться на трендах, основанных на обмане и лжи.

Как бы цинично ни звучал этот подход, по существу, не могу с ним не согласиться. Чтобы идентифицировать ложные посылки, вы должны дискредитировать их с помощью истины. Но чтобы большинство инвесторов действовали, исходя из ложной посылки, они должны принять ее как истину. Таким образом, м-р Сорос в своем утверждении имеет в виду следующее: если хотите сделать большие деньги, вы должны понять основы основ экономики, осмотреться и идентифицировать тренды, противоречащие этим основополагающим истинам, использовать их и выйти, когда станет видно, что большинство участников рынка вот-вот поймет, что их обвели вокруг пальца.

Это изложение другими словами двух фундаментальных принципов анализа и прогнозирования рынка, приведенных мною в Предисловии:

1. Рынок управляется фундаментальными экономическими силами, затрагиваемыми текущим состоянием политической системы, которая, в свою очередь, постоянно изменяется политическими деятелями.

2. Преобладающая психология участников рынка определяет время изменений в направлении движения цен.

Я в течение долгого времени безоговорочно следую этим принципам, и все же, особенно в 1990 и 1991 гг., одна из моих самых больших слабостей — это чрезмерная концентрация на первой посылке и слишком недостаточная на второй. Например, 10 апреля 1991 года газета New York Times сообщила, что 70% ведущих экономистов страны предсказывают скорое окончание спада. Не знаю, что говорили остальные 30%, но я был абсолютно уверен, что 70-процентное большинство «экспертов» ошибались. Я знал, что экономика в 1991 году в лучшем случае зарегистрирует медленный рост, и 13 мая так и заявил в передовой статье журнала Barrons.

Моя аргументация сводилась к тому, что государственная политика высокого налогообложения в кризисной окружающей среде вкупе со строгими регулирующими ограничениями на банковский кредит приведет или к длительному спаду или к экономической стагнации, независимо от политики Федеральной резервной системы в отношении процентных ставок.

Одно лишь понижение краткосрочных процентных ставок не приведет к снижению долгосрочных ставок — это обязательное условие любой существенной кредитной экспансии. Я говорил, что любая попытка экономического стимулирования путем ослабления монетарной политики стимулирует инфляционные опасения на рынке облигаций, сохраняя повышающее давление на долгосрочные ставки. Я скомбинировал много других аргументов и пришел к выводу.

Все эти элементы приведут к тому, что в 1991 году если и будет рост, то медленный. Ничто не оправдывает текущие уровни цен акций...

Хотя я понимаю ход мысли, загнавший цены акций на нынешние высоты, я весьма сомневаюсь, что подъем экономики, который так очевидно ожидает рынок, произойдет. Конечно, подъем... в конечном счете, придет, но это, вероятно, произойдет скорее поздно, чем рано; но и в этом случае он будет сопровождаться остановками.

По состоянию на время написания этой книги, Буша сменил Клинтон, и проблемой номер один для всех остается экономика. С апреля 1989 года Федеральная резервная система сокращала краткосрочные ставки, понизив ставку федеральных кредитов с 9,75% до примерно 3,0% в один момент. В течение того же периода доходность долгосрочных облигаций понизилась лишь слегка и находилась между 7,5 и 8,0%, а банковский кредит все еще оставался очень напряженным.

Лишь несколько месяцев назад доверие потребителей было ниже, чем в разгар спада 1982 года. Конгресс обсуждает, стимулировать ли экономику, как и когда это делать, таким образом полностью изменив свою позицию 1991 года, сфокусированную на сдерживании дефицита (они, конечно, никогда не признали, что ошибались). Существует преобладающее опасение, что спад продолжится. Иными словами, мои прогнозы подтвердились.