Дискуссия об империализме до 1914 г. и ленинский метод

Верна ли подобная трактовка современности, соответствует ли она действительности? Справедливо ли утверждение, что общество, в котором мы живем, все еще является капиталистическим, хотя и вступившим в особую стадию развития? Мы отвечаем на этот вопрос положительно и предоставляем читателям сделать собственные выводы, после того как мы подтвердим наше суждение анализом новых явлений, возникших в процессе общественного развития, и рассмотрим их различные трактовки.

Но прежде чем перечислять признаки империализма, стоит вкратце познакомиться с самим ходом экономического развития и спорами, которые оно в свое время вызвало.

Мы уже отмечали, что некоторые новые явления начали привлекать к себе внимание с конца XIX и начала XX в.

Среди них прежде всего бурное развитие акционерных обществ, рост концентрации капитала и образование картелей, трестов и прочих монополистических организаций, появление засвидетельствованной статистикой значительной и постоянной безработицы и колониальная экспансия.

Все эти факты традиционная экономическая наука либо не пыталась осмыслить, либо занималась ими не как глубокими сдвигами в системе, а как побочными явлениями, которые возникают вследствие таможенного протекционизма или других мер государственного воздействия; колониальная же экспансия изображалась ею как факт сугубо политический. Вследствие этого экономическое равновесие выводилось всегда из предпосылки, что господствует конкуренция, за исключением тех случаев, когда монополия возникает на естественной или юридической основе.

Такой точки зрения особенно твердо придерживались экономисты континентальной Европы (среди них в Италии Парето, Бароне, Панталеони). Роль настоящих монополий изучалась лишь в плане их влияния на рыночное ценообразование, согласно теории Курно и методу частичных равновесий. Вывод следовал такой: только конкурентный рынок и конкурентная цена гарантируют оптимальное распределение ресурсов и получение максимальных благ.

Немецкие экономисты, перед которыми был более богатый материал, обычно лишь частично и описательно освещали процесс монополистической концентрации и, как правило, в апологетическом духе. Описательностью и апологетизмом грешит даже классический труд Лифмана, который был им переработан перед самым кризисом 1929 г., но обобщает работы, вышедшие ранее, до первой мировой войны. Немало сочинений посвящалось частным вопросам передвижения капиталов или колониализма.

Но практически никто в академической науке, особенно в континентальной Европе, не проанализировал влияния монополистической экспансии на структуру и развитие капиталистического хозяйства в целом. Объяснить этот факт не трудно, если вспомнить, что в то время в экономической науке безраздельно господствовала маржиналистская теория. Исключение составляют лишь экономисты Англосаксонских стран, Прежде всего Маршалл, автор классического произведения «Промышленность и торговля», вышедшего в 1919 г., но начатого раньше, где он весьма полно проанализировал последствия возникновения различных монополистических образований.

Но он не сделал общих выводов относительно системы в целом. Исключение представляет Гобсон, автор уже упомянутых известных произведений: «Эволюция современного капитализма» (1894 г.) и «Империализм: исследование» (1902 г.), положительно оцененных и критически разобранных В. И. Лениным, где предвосхищена обобщающая трактовка происшедших сдвигов. Но Гобсона, хотя профессионально он и примыкал к академической науке, во многих отношениях нельзя считать ее ортодоксальным сторонником. Еще одним исключением можно признать Веблена в США, однако его экономический анализ не глубок.

Что же касается такого важного явления, как незанятость рабочей силы, — а процент безработных уже тогда был постоянно высок, — то им непосредственно не занимался ни один экономист. И это несмотря на то, что в тот период происходила колоссальная миграция рабочей силы, грандиозные преобразования в Западной Европе, профсоюзы одерживали первые крупные победы, были достигнуты большие успехи в социальном обеспечении. Вплоть до первой мировой войны экономисты обращали внимание на эти факты только мимоходом и лишь для того, чтобы обвинить рабочий профсоюз в нарушении священных законов конкуренции.

В избранной библиографии по экономической теории с 1870 по 1929 г., составленной в Лондонской школе экономики, нет даже тематического раздела «занятость и безработица». Дело в том, что тогда просто не существовало самостоятельных теорий занятости и безработицы, хотя, повторяем, безработица неуклонно росла, как это было отмечено профсоюзами еще до первой мировой войны, а после 1919 г. — Международной организацией труда. Даже в классической работе Лигу, а она вышла в конце кризиса 1929—1933 гг., уже после того, как в разгар кризиса безработица достигла чудовищных и опасных для капитализма размеров, повторяется старый тезис о том, что в условиях стабильности каждый фактически будет занят.

Безработица же в каждый данный момент целиком обусловлена продолжительными колебаниями в уровне спроса и действиями сил, которые мешают мгновенно провести требуемую перестройку в заработной плате. То есть достаточно рабочим согласиться на понижение заработной платы, как безработица исчезнет. Тем самым, по существу, отрицается одно из самых трагических противоречий капитализма, приобретающих еще большую остроту в период империализма.

Подводя итог, можно сказать, что, если не считать Гобсона, неортодоксального экономиста, сторонника теории недостаточной потребительской способности общества, социалиста-фабианца, чье сочинение «Империализм» благодаря В. И. Ленину дало название новой фазе капитализма, то все систематически обобщенные объяснения сдвигов, происшедших в капитализме, принадлежат экономистам — последователям марксизма и марксистского метода исследования.

Теоретики марксизма не упускали из виду ни одного изменения в капиталистической системе. Уже Маркс подчеркивал большое значение развития акционерных обществ. Энгельс в последние годы жизни и в последних работах — в предисловии к «Капиталу», в «Анти-Дюринге» и «Критике Эрфуртской программы» — развил положения и наблюдения Маркса и показал, в частности, какие изменения в капиталистической системе вызывает развитие акционерных обществ.

Он привлек внимание к разрыву между собственностью и управлением предприятия, образованию капиталистических объединений, трестов и подметил тенденцию к возникновению того явления, которое позже было названо государственно-монополистическим капитализмом. Следуя марксистскому методу, в дискуссии о капиталистическом развитии, о новых чертах капиталистического строя, об их оценке высказались Роза Люксембург и Гильфердинг.

И наконец, опровергнув в нескольких работах отдельные положения о капиталистическом развитии в полемике сначала с эсерами-народниками и меньшевиками, а позже — с Розой Люксембург и в целом ряде статей — с Каутским и его друзьями, В. И. Ленин в 1916 г., в разгар мировой войны, пишет свой классический «популярный очерк» «Империализм, как высшая стадия капитализма».

К этой сжатой и четкой работе В. И. Ленин пришел после продолжительной теоретической борьбы; строго придерживаясь марксистского метода исследования, постоянно учитывая изменения в процессе производства, где создается прибавочная стоимость, и опираясь на анализ процесса капиталистического воспроизводства, В, И. Ленин теоретически систематизировал в целом все то новое, что возникло в капиталистическом обществе.

Здесь не стоит останавливаться на анализе работ всех упомянутых авторов, участвовавших в дискуссии об империализме на начальной ступени его теоретического осмысления; читателю достаточно указаний, данных в примечаниях. Приступая к анализу империализма, имеет смысл сразу начать с ленинского очерка империализма, как наиболее полного, чтобы выяснить его методологические принципы и разобраться в явной или скрытой полемике с теориями того времени, которые еще и сегодня возрождаются в новой оболочке.