Справедлив ли закон тенденции нормы прибыли к понижению?


Американский экономист Джиллмэн провел недавно исследование с целью выяснить, справедлив ли закон снижения нормы прибыли. Изучая американский статистический материал, этот автор нашел бесспорные доказательства того, что указанный закон действовал, а именно были подтверждены как рост органического строения капитала, так и падение нормы прибыли. Так было до 1920 г, После этой даты статистика подтверждала действие закона менее красноречиво, но все же достаточно отчетливо.

Справедливость закона (что предвидел Маркс) подтверждается не столько статистическими показателями, которые и не всегда явно выражают основную тенденцию (в определенные, более или менее длительные, периоды могут преобладать противодействующие явлению факторы), сколько тем, что данный закон определяет поведение капиталиста, который действует таким образом, чтобы помешать проявлению этого закона.

С другой стороны, в своем самом общем виде закон подтверждается тем, что, когда хотят сравнить экономическое развитие отдельных стран, сопоставляют вложенный капитал, приходящийся на одного рабочего, и утверждают, что, чем выше капиталистическое развитие, тем больше отношение вложенный капитал — рабочий. Именно это Маркс назвал органическим строением капитала, правда в стоимостном, а не в физическом выражении (разница между этими выражениями незначительна, если реальная стоимость рабочей силы постоянна).

Мало того, еще и сегодня говорится, что в странах зрелого капитализма норма прибыли ниже, чем в странах менее развитых, и это также подтверждает сущность тезиса о тенденции падения нормы прибыли, даже если верно утверждение Минео о том, что сравнения между странами с различным уровнем развития не вполне доказательны

Критика положения о том, что норма прибыли имеет тенденцию к снижению, и в особенности марксистского объяснения данного явления, т.е. марксистского закона, содержит два основных возражения. Первое из них приписывает Марксу, будто он на основании этого закона вывел катастрофу капиталистического общества в будущем и вообще сделал пессимистические выводы, которые разделяли также и классики. Второе возражение, касающееся только марксистского объяснения закона, сводится к тому, что непонятно, как капиталист может действовать против своего собственного классового интереса.

Первое соображение основано на ошибочном и механистическом толковании Марксовой мысли, которое я уже имел случай опровергнуть. Без сомнения, этому ошибочному толкованию способствовали также авторы, называвшие себя марксистами. Не понимая диалектического развития явлений, забывая, что в марксизме человек всегда творец истории и что экономические отношения возникают между людьми, а не между вещами, и связывая падение нормы прибыли с другими явлениями, в частности с накоплением капитала и экономическими кризисами, они создали теории стихийного крушения капитализма.

Они рассуждали следующим образом: норма прибыли имеет тенденцию к понижению и в определенный момент она исчезнет; экономические кризисы станут более тяжелыми; у капиталиста исчезнет стимул не только к производству, но и к защите его системы производства; капитализм умрет. Если бы такой вывод был правомерен и действительно вытекал из марксизма, то он, очевидно, поразил бы саму основу закона падения нормы прибыли, означал бы его уничтожение, показывал бы его несостоятельность. Еще и сегодня некоторые именно так и полагают, связывая конечную судьбу капитализма со справедливостью или несправедливостью закона падения нормы прибыли. Но это означает мыслить детерминистическим и механистическим образом, совершенно чуждым и даже противоречащим марксистской мысли.

Маркс не делал прогнозов о судьбе капитализма на основе закона тенденции нормы прибыли к понижению. Он только утверждал в некоторых главах, посвященных исследованию этого закона (которые мы советуем прочесть целиком), что сам капитал кладет предел капиталистическому производству, т.е. что возникает конфликт между развитием производительных сил и пределом, поставленным капиталисту необходимостью самовозрастания капитала.

Следовательно, капиталистическая система производства, исторические заслуги которой также признаются в этих главах, есть исторически преходящая система, которая должна быть заменена высшей экономической формой. Но как и когда произойдет эта замена? Конечно, это не связано с действием закона понижения нормы прибыли. Те, кто первыми в истории свергли капитализм в России — отсталой стране, в которой норма прибыли была, бесспорно, высокой, не ждали, конечно, когда эта норма упадет.

Борьба классов, по Марксу, хотя и определяется по своей сути структурой и законами, присущими капиталистической экономике, но отражает их в диалектически измененном виде, гораздо более свободна в своих формах и последствиях. Общественные силы действуют в противоположных направлениях, и всегда именно человек свергает одну общественную систему, чтобы заменить ее другой: ни одна экономическая система не умирает сама. Поэтому судьба капитализма не зависит от большей или меньшей справедливости закона падения нормы прибыли, который Маркс назвал «тенденциальным».

В этом отношении марксистский тезис менее пессимистичен, нежели логические выводы из упомянутого уже тезиса классиков, по которому экономика должна достичь состояния «застывшего моря», или утверждения современных стагнационистов.

На основании этого закона Маркс делает ряд заключений чисто экономического порядка, в частности в отношении экономического развития при капитализме и его циклического характера. Маркс сжато рисует картину этих следствий в тех же главах, в которых описывает основные черты закона тенденции падения нормы прибыли. И эти следствия позволяют нам не только подтвердить совершенно оптимистическое мировоззрение Маркса, но и дать ответ на второй вопрос, а именно почему капиталист, повышая органическое строение капитала, действует таким образом, что уменьшает среднюю общую норму прибыли капиталистического общества.

Первое объяснение мы уже дали в предшествующих главах, когда показали, что капиталист, который первым вводит новую технику и повышает производительность труда на своем предприятии, получает в течение определенного периода времени добавочную прибыль.

Однако это не является единственным мотивом, дело также в том, что совокупный класс капиталистов усиливает свою власть, даже если норма прибыли понижается.

Мы уже сказали, и это учитывали также классики, что капиталиста интересует, особенно сегодня, не только, норма, но даже в большей степени масса прибыли, которую ему удается извлечь. Поэтому, если верно, что постоянный капитал возрастает в большей, или относительно большей степени, переменный капитал тоже возрастает, увеличивается также норма прибавочной стоимости, и поэтому растет масса прибавочной стоимости, присваиваемой капиталистом.

Кроме того — и это положительный момент для всего общества, — увеличивается производительность труда и уменьшается стоимость (или цена) товаров, но растет их количество и, следовательно, возрастает богатство, состоящее из потребительных стоимостей, находящихся в распоряжении общества.

Но при капиталистической системе увеличение производительности труда означает для капиталиста растущую способность человеческого труда делать самовозрастающей все увеличивающуюся массу капитала и создавать все большее количество потребительных стоимостей, которые являются его собственностью и которые он один выбрасывает на рынок, присваивая благодаря этому растущую массу прибавочной стоимости.

Именно это наиболее существенно с точки зрения капиталиста, и это находит выражение в накоплении капитала, фундаментальное значение которого показывает Маркс. Поэтому чрезвычайный рост массы прибавочной стоимости, который имел место, особенно в последнее время, в капиталистическом обществе наших дней, в действительности не противоречит, как, по-видимому, считают Бэрэн и Суизи, закону тенденции нормы прибыли к понижению.

Таким образом, растет власть капиталиста над всем обществом, и это — явление более чем компенсирующее падение нормы прибыли. Таков ответ на второй вопрос.

Естественно, из падения нормы прибыли вытекают другие явления, а из реакции капиталиста на это явление вытекает растущая концентрация капитала, развитие монополистической структуры и, следовательно, изменение соотношения сил внутри самого класса капиталистов и между ним и промежуточными общественными слоями.

Из этого вытекает также растущее значение, которое приобретает эффективный спрос, т.е. увеличивающаяся роль, которая принадлежит спросу в капиталистической экономике.

Коврик придверный резиновый

Купить коврик придверный резиновый.

profi-mats.ru