Формирование экономической теории миграции из сельской местности в города


Мы видели, что экономическое развитие Западной Европы и США было тесно связано с миграцией населения из сельских в городские районы и фактически определялось ею. В условиях сложившегося разделения труда между городом и деревней экономическое развитие происходило в результате постепенного перемещения рабочей силы из аграрного сектора в промышленный путем внутренней и международной миграции. Урбанизация и индустриализация стали, по сути дела, синонимами. Эта историческая модель была, например, использована в качестве образца при описании процесса развития стран Третьего мира в теории трансферта рабочей силы Льюиса.

Но события 60-х и 70-х гг., когда, несмотря на рост городской безработицы и неполной занятости, развивающиеся страны столкнулись с массовой миграцией из сельской местности в города, поставили под сомнение верность двухсекторной модели развития Льюиса. Возникла потребность в поиске других объяснений данного явления, а также и иной политики для разрешения возникающих проблем. В серии статей мною предпринята попытка сформулировать теорию миграции из сельской местности в город, чтобы объяснить причины явно парадоксального (во всяком случае, для экономистов) явления такой массовой миграции в условиях растущей городской безработицы. В литературе эта теория известна как миграционная модель Тодаро.

Модель Тодаро

Модель исходит из посылки, что миграция принадлежит к категории экономических явлений и решение о ней может быть для индивидуального мигранта вполне оправданным, несмотря на наличие городской безработицы. В этой ситуации мотивом его принятия служат не столько различия в уровне существующих заработков в деревне и городе, сколько ожидаемый доход на новом месте. Мигрант сопоставляет возможности рынка рабочей силы в городских и сельских районах, чтобы получить максимум выгоды от миграции. Ее ожидаемый размер определяется разницей в оценке сельского и промышленного труда, а также степенью вероятности получения в городе работы. Схема принятия подобного решения с учетом взаимодействия различных факторов показана на рисунке.

По существу теория утверждает, что люди (работающие и ищущие работы) сравнивают ожидаемые доходы в рамках обозримого временного периода в городе (разницу между доходами и издержками миграции) со средними доходами в аграрном секторе. Если первые оказываются больше, то принимается решение о миграции.

Поясним это на примере. Неквалифицированный или полуквалифицированный рабочий в аграрном секторе стоит перед выбором иметь годовой доход в 50 условных единиц, работая по найму на ферме или обрабатывая свою землю, или мигрировать в город, где с его уровнем образования и квалификации можно претендовать на заработок в 100 единиц. Традиционные миграционные модели, делающие чрезмерный акцент на дифференциации доходов в качестве определяющей причины принятия решения о миграции, дают однозначный ответ в данной ситуации: рабочий склоняется в пользу более высокого заработка в городе. Однако не следует забывать, что подобные модели описывали прежде всего процессы в экономике развитых стран, исходя из посылки о полной или почти полной занятости. Действительно, в условиях полной занятости решение о миграции может основываться исключительно на желании получить работу там, где она лучше оплачивается.

Традиционная экономическая теория утверждает, что подобный процесс вследствие действия закона предложения и спроса как в эмиграционных, так и иммиграционных потоках должен вести к сокращению в разрывах оплаты труда между городом и деревней.

Однако подобный вывод, к сожалению, неверен в сложившихся в Третьем мире институциональной и экономической системах. Большинство развивающихся стран поражены хронической безработицей, и мигранты не могут рассчитывать на немедленное получение хорошо оплачиваемой работы.

Более вероятно, что многие малограмотные и не имеющие специальности мигранты останутся или полностью безработными или будут вынуждены довольствоваться случайными временными заработками в роли лотошников, посыльных, разносчиков товара и т.п. на небольших предприятиях традиционного и неформального секторов, где возможность получить место, цена продукции и рабочей силы определяются довольно конкурентной средой.

Намного больше шансов у людей с законченным школьным и высшим образованием сравнительно быстро после приезда в город найти вакансию в формальном секторе, но эта группа мигрантов весьма немногочисленна. Поэтому, принимая решение о миграции, человек должен противопоставить ожидаемое увеличение доходов в городе риску остаться продолжительное время полностью или частично безработным. Шанс на удвоение дохода (100 единиц в городе против 50 единиц в деревне) в условиях, когда реально на получение такой работы можно рассчитывать не раньше чем через год, равен одному из пяти, т. е. 20%.

Соответственно его доход в пределах первого года скорее будет не 100 единиц (средний городской заработок полностью занятого работника), а всего 20. Следовательно, даже двойная разница в оплате труда между городом и деревней не может служить мотивацией для переезда в город в рассматриваемом периоде. Но при повышении шансов на успешный поиск работы до 60%, что обеспечит заработок в городе в 60 единиц, мигрант может рискнуть на смену места, несмотря на высокий уровень городской безработицы.

Если же рассматривать миграционный процесс в более длительном временном периоде (что вполне оправдано с позиций возрастной группы от 15 до 24 лет), то решения принимаются на основе сопоставления доходов уже в его рамках. Если мигрант рассчитывает на получение постоянной работы в более отдаленном будущем, когда у него завяжутся связи в городе, он может пренебречь высокой вероятностью не найти подобной вакансии в начальный период (периоды) и отважится на миграцию, хотя первое время его заработки будут ниже, чем в деревне.

До тех пор, пока текущая дисконтированная стоимость (present value) чистого ожидаемого дохода мигранта в городе за предполагаемый период пребывания в нем будет больше, чем ожидаемый доход в деревне, решение о переезде в город оправдано. Процесс принятия подобного решения показан на рисунке.

В отличие от конкурентной модели, в которой результатом миграционных потоков считается выравнивание уровней заработной платы в городе и деревне, модель Тодаро показывает роль данного процесса в выравнивании ожидаемых доходов в городских и сельских районах. Например, при соотношении средних уровней доходов в деревне в 60 единиц и в городе — в 120 прекращение миграции из-за ее невыгодности наступит лишь тогда, когда уровень городской безработицы достигнет 50%. Поскольку ожидаемые доходы определяются по уровням оплаты труда и безработицы, то даже ее размеры в нашем примере порядка 30—40% не остановят прилива мигрантов в город.

Значение теории Тодаро для политики развития

На первый взгляд теория Тодаро отрицает решающее значение миграции из сельской местности в город, представляя ее лишь как регулирующий механизм распределения рабочей силы на рынке между городом и деревней. Однако она оказывает влияние на формирование стратегии развития, политику оплаты труда и доходов, комплексное развитие деревни и промышленности по пяти направлениям.

Необходимо смягчать различия между городом и сельской местностью в области занятости. Так как миграционные потоки вызываются различиями в уровнях ожидаемых доходов, крайне важно сводить к минимуму дисбалансы экономических возможностей между промышленным и аграрным секторами. Сохранение положения, когда заработная плата в промышленности растет более высокими темпами, чем доходы в деревне, будет стимулировать миграцию, несмотря на увеличивающуюся городскую безработицу. Массовый приток людей не только осложняет социальные и экономические проблемы городов, но может со временем привести к нехватке рабочей силы в сельских местностях, особенно в периоды сезонных работ. Нельзя исключить, что социальные издержки окажутся существеннее, чем личные выгоды мигрантов.

Политика увеличения числа рабочих мест не способна решить проблему городской безработицы. Традиционный кейнсианский подход к ее устранению (создание рабочих мест в современном секторе без одновременных мер по увеличению доходов и возможностей занятости в аграрном секторе) способен создать парадоксальную ситуацию, когда рост занятости в городе будет сопровождаться повышением уровня городской безработицы. И здесь решающим фактором окажутся различия в ожидаемых уровнях доходов.

Поскольку на масштабы миграции влияют два фактора — более высокая оплата труда и возможность (вероятность) найти работу в городе, то при сложившемся разрыве в уровнях оплаты труда между городом и деревней (в большинстве развивающихся стран заработная плата в городе в 3—4 раза выше, чем в деревне) дополнительное предложение новых рабочих мест в городе повлечет за собой увеличение этого разрыва и вызовет новые миграционные потоки. Каждая открывающаяся вакансия может привлечь в город двух—трех мигрантов, следовательно, 100 новых рабочих мест — 300 человек, из которых 200 пополнят ряды безработных. Подобная политика вместо сокращения безработицы будет лишь ее увеличивать, не говоря уже о вероятности уменьшения объемов продукции аграрного сектора из-за побуждения к миграции.

Стимулировать миграцию и безработицу может и чрезмерное развитие системы образования. Модель Тодаро показывает целесообразность ограничения инвестиций в образование, особенно в его высшие ступени, разумными пределами. Массовый приток мигрантов в города сверх его абсорбционных возможностей вынуждает разрабатывать механизм отбора при найме на работу. Хотя такой отбор в рамках каждой группы может носить и случайный характер, многие исследователи отмечают, что предприниматели склонны при отборе кандидатов руководствоваться видом и объемом образования.

За те же деньги они нанимают людей с более высоким образовательным уровнем на работу, которая его не требует. Должности уборщиков, посыльных, мелких клерков и т.п. раньше мог занять человек с начальным школьным образованием, а ныне на них стали принимать выпускников средних школ. От клерков, машинисток и бухгалтеров раньше требовали диплом о среднем образовании, а в условиях массового притока мигрантов — уже о высшем. При сложившемся уровне заработной платы в деревне увеличение вероятности получить работу в городе за счет более высокого уровня образования одновременно увеличивает размеры ожидаемого прироста дохода и стремление мигрировать. Модель Тодаро дает экономическое объяснение тенденции более высокой склонности к миграции сельских жителей с продвинутым образованием.

Реально предположить, что при уменьшении шансов на получение работы обучающиеся будут стремится к продолжению образования. Спрос на образование является производной переменной от спроса на рабочую силу в городе, и его увеличение ложится тяжелым бременем на государство, вынужденное инвестировать в более высокие ступени школьного обучения. Но с каждым годом растет вероятность многим обучающимся пополнить ряды "образованных безработных". Таким образом, вложения в высшие ступени образования могут оказаться бесплодными.

Субсидии на заработную плату и традиционная система оценки дефицитных ресурсов могут оказаться непродуктивными. В гл. 7 показано, что стандартные меры по расширению городской занятости включают устранение ценовых деформаций факторов производства формированием "правильных" цен (например, фиксированные правительственные субсидии предпринимателям за открытие каждого рабочего места) или увеличением рабочих мест в государственном секторе.

Часто справедливо отмечают, что субсидии и корректировки цен с целью устранения диспропорций в оплате труда стимулируют более трудоемкие виды производства, так как в силу действия ряда институциональных факторов реальная заработная плата в городе обычно превышает ее рыночную "правильную" цену. Однако наряду с поощрением трудоемких технологий такая политика, как показывает модель Тодаро, может вызывать рост безработицы в результате стимулируемой ею миграции. Таким образом, учет реакции как городского, так и аграрного секторов на политику субсидирования заработной платы не дает ясной картины ее суммарного эффекта. Многое зависит от уровня городской безработицы, величины различий ожидаемых доходов в городе и сельской местности и масштабов миграции по мере роста городской занятости.

Необходимы интегрированные программы развития сельских местностей. Меры по смягчению безработицы, предпринимаемые лишь в отношении спроса на рабочую силу в городе (субсидии на заработную плату, расширение занятости в государственном секторе, устранение диспропорций цен факторов производства, налоговые льготы предпринимателям), вероятно, гораздо менее эффективны по сравнению с политикой непосредственного регулирования предложения труда в городе. Конечно, наилучшие результаты обеспечивает комбинация обоих подходов к решению этой актуальной проблемы

Политике комплексного развития деревни принадлежит решающая роль в данной области. Многие исследователи согласны с этим и считают подобную политику, наряду с развитием всего аграрного сектора, главным инструментом рассасывания городской безработицы. Большинство предложений направлено на установление рационального баланса между доходами в городских и сельских районах и изменение односторонней ориентации программ развития на промышленный сектор (например, политика в области здравоохранения, образования и социального обеспечения). Признавая нереальность курса на снижение уровня заработной платы в городе, неизбежность роста промышленности, необходимость расширения масштабов занятости путем создания мелких и средних городских предприятий, применяющих трудоемкие технологии, одновременно следует прилагать максимум усилий по развитию экономической базы сельских районов.

Не вызванное реальными потребностями стимулирование миграции в город должно быть сведено к минимуму и уступить место плодотворным, хорошо разработанным программам комплексного развития деревни. Эти программы должны предусматривать рост доходов фермерских хозяйств и в сельской промышленности, увеличение занятости, медицинское обслуживание, совершенствование системы образования, формирование инфраструктуры (электро- и водоснабжение, дороги и т п.), а также другие виды жизнеобеспечения. Представляется, что от успеха таких хорошо адаптированных к местным условиям социально- экономических и экологических программ зависит реальная возможность остановить чрезмерный поток мигрантов из сельских местностей в города.

Утверждение о необходимости политики обуздания чрезмерной миграции отнюдь не означает призыва к изменению неизбежной исторической тенденции, каковой считают миграцию некоторые исследователи. Из модели Тодаро лишь следует, что ощущается острая потребность в пакете политических мер, которые бы не допускали искажения исторической тенденции урбанизации в результате искусственно создаваемых дисбалансов в экономических возможностях городских и сельских районов

Заключение и выводы: комплексная стратегия миграции и занятости

Ранее были рассмотрены различные подходы, направленные на улучшение положения в таких важных областях, как миграция и занятость в странах Третьего мира. Из этого рассмотрения ясно, что у большинства экономистов, похоже, единое мнение о характере комплексной стратегии миграции и занятости. Эта стратегия состоит из шести основных компонентов:

Формирование рационального экономического баланса между городом и деревней, необходимого как для борьбы с городской и сельской безработицей, так и для замедления темпов миграционных потоков из деревни в город. Главное внимание здесь следует уделить комплексной стратегии развития сельской местности, созданию в ней мелкого промышленного бизнеса и переориентации на нее экономической активности и социальных инвестиций.

Развитие местных производств в сельских районах, использующих трудоемкие технологии. Структура производства и выпуска оказывает непосредственное влияние на размеры занятости (часто и на ее размещение), так как многие товары, в том числе первой необходимости, требуют больших затрат живого труда в расчете на единицу выпуска и капитала. Расширения подобных производств в городе и деревне можно достичь двумя путями. Государство инвестирует в мелкий и средний бизнес и предоставляет ему льготы, прежде всего для предприятий неформального сектора в городах; наряду с прямым участием возможна косвенная поддержка с помощью политики перераспределения доходов (текущих или ожидаемых в результате роста) в пользу сельской бедноты, структура потребления которой менее ориентирована на импорт и более трудоемка по сравнению с богатыми слоями населения.

Устранение искажений в ценах факторов производства. Имеются многочисленные свидетельства, что отказ от различных субсидий инвесторам и ограничение роста заработной платы в городе способствовали бы увеличению занятости и более рациональному использованию дефицитного капитала. Вместе с тем неясно, каков будет эффект такой политики и как быстро он проявится. К тому же еще нужно доказать ее воздействие на миграцию. Одной правильной политики ценообразования еще не достаточно для существенного изменения нынешней ситуации в области занятости.

Выбор подходящих трудоемких технологий в производстве. Одно из главных препятствий в успешной реализации долгосрочной программы занятости в промышленном и аграрном секторах — сильнейшая технологическая зависимость развивающихся стран от импорта машин и оборудования, как правило, трудосберегающего. Необходимы усилия на страновом и международном уровнях для ослабления этой зависимости за счет самостоятельных технологических разработок и адаптации импортных технологий, машин и оборудования к местным условиям, в первую очередь к потребностям мелких трудоемких производств в городских и сельских районах. Следует также уделять внимание методам строительства инфраструктурных объектов в сельской местности (дороги, ирригационные и дренажные системы, учебные и медицинские учреждения и т.п.) с минимальными затратами капитала и максимальным использованием рабочей силы. В этих областях помощь развитых стран может оказаться весьма плодотворной.

Модификация прямой зависимости между системой образования и занятостью. Возникновение безработицы среди образованной части населения ставит под сомнение целесообразность продолжения политики массового количественного расширения системы образования, особенно его высших ступеней. Формальное образование стало барьером, без преодоления которого претендентам трудно рассчитывать на получение работы. Поскольку число вакансий в современном секторе отстает от числа выпускников учебных заведений, то остаются лишь две возможности: увеличить предложение рабочих мест или уменьшить количество выпускников.

Здесь лишь отметим, что для ослабления чрезмерного спроса на продолжение учебы (по сути дела это спрос на рабочие места в современном секторе) правительству — часто крупнейшему работодателю — следует изменить условия найма и оплаты труда. Расширение экономических возможностей и занятости в сельских районах облегчит к тому же переориентацию системы образования в направлении к потребностям комплексного развития Системы образования в странах Третьего мира построены по западным образцам: они готовят обучающихся к работе в современном секторе экономики, где занято не более 20—30% всей рабочей силы. Подготовке же специалистов по многим направлениям, необходимым в процессе развития, не уделяется внимания.

Снижение темпов роста населения путем борьбы с абсолютным обнищанием и неравенством, расширение программ планирования семьи и улучшения медицинского обслуживания в сельской местности. Ясно, что решение проблем занятости и урбанизации невозможно без снижения высоких темпов роста населения. Хотя масштабы рабочей силы на ближайшие два десятилетия заданы нынешними темпами рождаемости, феномен латентного периода роста населения также окажет влияние на увеличение его численности в работоспособном возрасте. Меры по расширению занятости, предложенные выше в п. 1—5, и политика по сокращению прироста населения и предложения рабочей силы могут стать важными элементами стратегии решения тяжелейшей проблемы занятости в настоящее время и в долговременной перспективе.






Перевод диплома Беляево

Бюро переводов. 50 языков: перевод диплома Беляево.

vot-perevod.ru